Ветхозаветный Иов — наш современник

by on 18.05.2017 » Add more comments.

19 мая – память праведного Иова Многострадального (ок. 2000-1500 до Р.Х.).

Примерно сто лет назад английский христианский писатель Г.К. Честертон написал: «Значения “Иова” не выразишь полно, если скажешь, что это – самая занимательная из древних книг. Лучше сказать, что это – самая занимательная из книг нынешних». Это было сказано накануне двух мировых войн и многих революций – и за этот кровавый век книга о невинном страдальце ничуть не устарела. Рассказывает Андрей Десницкий.

Это единственная книга Ветхого Завета, где вообще никак не упомянуты ни Израиль, ни Моисеев Закон, ни Святая Земля, ни Иерусалим (зато Иова упоминает и Коран, под именем Айюб). Сын неведомых родителей из какой-то непонятной страны Уц – это человек вообще, человек, стоящий перед Богом. Книга рассказывает не о каком-то одном народе, не об определенной религии – она о самой главной проблеме: если Бог всеблаг и всемогущ, как может Он допускать, чтобы страдали невинные?

Всё в этой книге начинается на небесах. Однажды перед Богом предстают «сыны Божьи», и пришедший с ними «Противник» предлагает Богу испытать образцового праведника Иова: может быть, он останется праведным лишь пока у него всё хорошо? Бог соглашается устроить такое испытание.

Иов не просто хорошо себя вел, он доверял Богу и искал добрых отношений с Ним. И вдруг на него обрушилось такое, что, казалось бы, немыслимо пережить человеку: потеря всего состояния, а затем и всех детей, тяжкая болезнь, непонимание ближних… Три друга тогда пришли его утешить, долго сидели рядом с ним молча, и лишь когда он сам заговорил, позволили себе ответить. Друзья знали об этом мире и о его Творце буквально всё. Они, в общем-то, повторяли примерно то, что мы встречаем в других книгах Библии, и если была в их речах неправота – она не в словах, а в людях. Слова могут быть очень правильными, но важно, кто, кому и когда их говорит.

Друзья пытались доброжелательно предложить простое объяснение бедам Иова: возможно, это наказание за какие-то грехи, человеку нужно просто смириться, признать величие Творца, и всё снова будет у него хорошо. Как часто мы встречаем похожую логику и сегодня: если у кого проблемы, так это он сам во всём виноват. Иов резко отверг такую мудрость, сравнил друзей с пересохшими реками, которые внушают напрасные надежды путникам в безводной пустыне.

Репин И.Е. Иов и его друзья (1869)

Они – люди глубоко верующие, им нужна религия, то есть строгая система взглядов, правил и ритуалов, определяющих жизнь человека. Они искренне почитали Бога, оставаясь в рамках системы. Когда-то сам Иов вел себя примерно так же: приносил жертвы, произносил молитвы, но когда рухнула вся его жизнь, не осталось места и для религии… О Боге эти люди предпочитали говорить в третьем лице, не обращаясь к Нему напрямую. Да кто мы такие, в конце концов, чтобы требовать с Него отчета, тем более – упрекать его, как позволяет себе Иов?

Герой Достоевского Иван Карамазов говорил своему брату: «Не Бога я не принимаю, Алеша, я только билет ему почтительнейше возвращаю». То есть он отказывался жить в мире, полном незаслуженного страдания. Подобным образом рассуждал и Иов, он проклинал день своего рождения, даже ночь своего зачатия, словно желал прокрутить пленку назад, вернуться в ту точку времени и пространства, где его еще не существовало. Плохо в этом мире не только ему – страдает множество праведных людей… но отчего-то Иов не замечал их страданий, пока всё было хорошо у него самого. Или замечал, но не задумывался над ними?

Самое мучительное – это вопрос его отношений с Богом. «Но как человеку пред Богом оправдаться?… Он налетел на меня вихрем, множит раны мои беспричинно; не дает мне перевести дух, горечью переполняет меня. Меряться ли силой с Ним, могучим? Судиться ли – но как Его вызвать? … Он смеется над отчаяньем невинных; отдана земля во власть нечестивцев, а Он судьям глаза закрывает – и если не Он, то кто же?!»

В конечном счете, речи Иова есть не что иное, как иск к Богу: «Вот моя печать – и пусть Всесильный ответит, пусть мой обвинитель напишет свиток!» Иов не похож на атеиста, для него нет ни малейшей тени сомнения в том, что Бог существует (впрочем, в древности в этом вообще мало кто сомневался). Но он похож на богоборца, который бросает Богу вызов. И Бог его принимает, «Обвинитель» отвечает обвиненному, но не совсем так, как того ожидал Иов, а вместе с ним – и читатель.

Казалось бы, чего проще: сослаться на козни «Противника», объяснить, что это было такое испытание. Иов его выдержал, все в порядке. Но Бог поступает совершенно иначе. Он Сам обрушивает на Иова град вопросов: «Где ты был, когда Я землю основал? Скажи, если сведущ и разумен. Ты ведь знаешь, кто размер ее наметил и кто натянул над ней шнур, во что погружены ее устои и кто положил краеугольный камень при общем ликовании утренних звезд и радостном крике сынов Божьих? … Доводилось ли тебе повелевать Утру и Заре назначать место, чтобы взялась она за края Земли и нечестивцев с нее стряхнула, преобразила ее, как печать – глину, и обагрила, как полотно? … Есть ли у дождя отец? Кто порождает капли росы? Из чьего чрева выходит лед и кто вынашивает небесный иней, когда застывают, как камень, воды, сковывая поверхность бездны?»

В этих словах звучит упрек: да кто Иов такой, чтобы спорить с Богом? Но не это здесь главное. Бог показывает Иову, как сложно и вместе с тем разумно устроен этот мир. Человек не может повелевать зарей и дождями, не может даже понять их природу. Конечно, сегодня мы куда лучше Иова разбираемся в астрономии и метеорологии, но на смену этим вопросам пришли другие, и человек по-прежнему в изумлении стоит перед многими тайнами мироздания. И если мы не в состоянии регулировать движение светил или облаков по небу, то можем ли мы отмерять добро и зло?

Способен ли Иов сам вершить справедливость? «Может, мощью ты подобен Богу и, как Он, говоришь в раскатах грома? Тогда… волю буйному гневу дай, взгляни на гордеца – и покори его, а нечестивых – раздави на месте! Разом их с пылью смешай, в подземелье в оковах заточи!» Новейшая история ясно показывает нам, что происходит, когда человек начинает по собственному выбору «смешивать с пылью нечестивых».

Под конец разговора Бог упоминает двух животных – Левиафана и Бегемота (на древнееврейском слово бегемот означает просто «зверь»). Это огромные, страшные существа, с которыми никак не справиться человеку – только Сам Бог может одержать над ними победу. Одни комментаторы видят здесь преувеличенное изображение крокодила и гиппопотама, другие – намек на сатану: дескать, Бог таким образом указывает Иову на источник его несчастий. Однако почему бы в таком случае не сказать все напрямую? Скорее всего, перед нами – мифологические образы: Дракон и Чудище, которые символизируют неподконтрольные человеку силы, действующие в этом мире и в нашей собственной душе.

Уильяма Блейк. Левиафан и Бегемот

После этих слов Иов сказал: «от прежнего я отрекаюсь и раскаиваюсь средь праха и пепла». Вопросов больше не осталось… Видимо, он действительно нашел, что искал, точнее, Того, Кого искал. Затем благополучие Иова было восстановлено: у него родились новые дети, вернулось и богатство, но книга упоминает это вскользь, как нечто сравнительно маловажное. Книга – не об успехе и о бедствии, а о тайне страдания, которая не может быть разрешена с помощью простых ответов и формул, но может стать поводом для встречи Бога и человека.

Может быть, раньше, когда все у него было хорошо, он просто жил в своем уютном мире, где была и семья, и достаток, и религия, и не о чем было беспокоиться. Но когда он лишился всего, то воспринял и трагедии других людей как свою собственную, обратился к Живому Богу с живыми и искренними вопросами, и они не остались без ответа.

А вот благочестивые друзья говорили о Боге, по Его собственной оценке, «не так верно, как раб Мой Иов», и теперь должны принести в жертву семь быков и семь баранов (просто огромная жертва по меркам Ветхого Завета!). Тогда Иов помолится о них, и они будут прощены. Бог не обвинил никого. Кто предпочитает говорить о Боге правильные слова в третьем лице, тоже получит, чего искал, исполнив положенные ритуалы. Но для личной беседы Бог избрал не таких благочестивцев, а человека, который обратился к Нему лично, пусть и с обвинениями…

Леон Бонна. Иов (1880)

«Богоугодный богоборец» – такое парадоксальное определение дает Иову современный российский автор. Ф. Козырев, и с ним трудно не согласиться. Бог ждет от человека предельной честности и откровенности, а не формально правильных, но безразличных слов.

В Православной Церкви отрывки из Ветхого Завета (паремии) читаются в определенные дни литургического года. Страницы из книги Иова читаются в Страстную неделю, когда Церковь вспоминает последние дни земной жизни Христа: с понедельника до среды это описания бедствий Иова, а в четверг и пятницу, когда вспоминаются Тайная Вечеря и Страсти – встреча и примирение Иова с Богом. Настоящий, окончательный ответ на вопросы Иова, не только применительно к нему самому, но применительно ко всему человечеству, был дан на Тайной Вечери и на кресте Голгофы.

Но чтобы до конца понять ответ, нужно сначала задать вопрос, с предельной ясностью и искренностью. Вся книга Иова – такой вопрос, и он не устареет, пока страдают люди.

Андрей ДЕСНИЦКИЙ

Иллюстрация на анонсе: Р. Ляйнвебер. Иов многострадальный (1908)

Источник

Смотрите также:

Читая Ветхий Завет

Cвидетельство Писаний

 

Поделитесь с друзьями:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Google Buzz

Find more like this: АНАЛИТИКА

3 комментария на «Ветхозаветный Иов — наш современник»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *