Одна из интереснейших вставок в Новый Завет касается эпизода с исцелением «расслабленного» (человека, страдающего параличом) в пятой главе Евангелия от Иоанна (Ин. 5:2-9). Об этом напомнил недавно российский библеист Глеб Ястребов. Рассказывает о. Иоанн Бурдин.
Напомню, начинается эпизод с рассказа о том, что у Овечьих ворот в северной части стены, окружавшей Иерусалим, была купальня с пятью крытыми галереями. По-арамейски она называлась Бэт-Хэсда — «дом милости» или «дом милосердной любви».
Существовала она и в то время, когда Иоанн писал свое Евангелие (между 85 и 95 годами), поскольку, упоминая о ней, он употребляет слово «есть». А значит она не была уничтожена при знаменитом разрушении Иерусалима римским полководцем Титом Флавием Веспасианом. В одном из текстов, приписываемых Афанасию Великому, говорится, что ею пользовались ещё и в IV веке.
В галереях, которые окружали купальню, как пишет евангелист, «лежало множество больных: слепых, хромых, сухих, ожидающих движения воды». Далее в синодальном переводе идёт стих 4:
«Ибо ангел Господень, время от времени, сходил в водоём и возмущал воду, и первый, кто входил по возмущении воды, выздоравливал, каким бы ни был одержим недугом».
Картина Джеймса Тиссо
Вплоть до начала XX века этот стих присутствовал в переводах Евангелия на большинство мировых языков. Однако находки древнейших рукописей Библии (сделанные в период с середины XIX по середину XX в.) и сравнение существующих переводов с этими источниками выявили, что ни о каком ангеле, возмущавшем воду, в древних текстах не сказано. Как и об исцелении тех, кто в нее сходил.
Этот момент отсутствует во всех ранних греческих рукописях. Конкретно: пятая глава без этого фрагмента имеется в папирусах, которые датируются 175, 200, 250 и 550 годами. Нет четвертого стиха в Синайском (IV в.) и Ватиканском кодексах (середина IV в), а также в оригинальной Вульгате (которую Иероним Стридонский создавал в конце IV в).
Более того, текстологи и палеографы обнаружили не менее двадцати рукописей более поздних времен, в которых переписчики ставили звездочки напротив стиха, чтобы предупредить того, кто будет копировать рукопись после них, что этот стих, вероятно, не является оригинальным.
Заметно отличается от оригинального стиля евангелиста Иоанна и лексика, использованная в этом фрагменте. Четыре из последних пяти греческих слов не встречаются больше нигде в текстах Иоанна.
Один из крупнейших библеистов мира Брюс Мецгер, автор книги «Текстология Нового Завета: Рукописная традиция, возникновение искажений и реконструкция оригинала» приводит этот фрагмент в качестве классического примера того, как устная традиция или ранние комментарии (маргиналии) становились частью рукописной традиции:
«Слова и пометки на полях старых копий иногда включались в текст новых рукописей. Так как поля использовались для заметок (например, для синонимов трудных слов в тексте) и исправлений, переписчику, должно быть, было трудно решить, что делать с этими надписями на полях. Самым простым решением было поместить их в переписываемый текст. Так, например, текст, объясняющий причину движения воды в купальне Вифезда (Ин.5:7) первоначально, возможно, представлял собой комментарий на полях, который был затем вставлен в текст Ин.5:3-4 (см. Библию короля Иакова)».
Вставка была сделана, видимо, достаточно рано, поскольку присутствует уже в Александрийском кодексе (V в.), а также в сочинениях Иоанна Златоуста и Kирилл Александрийского.
Тем не менее все современные исследователи сходятся во мнении, что этот стих появился как глосса (пояснительная заметка) на полях, объясняющая народное поверье. И позже был внесен переписчиками в основной текст.
То, что вода источника всё-таки переодически бурлила и люди старались опуститься в нее именно в этот момент, следует из стиха 7, который никем не оспаривается:
«Не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня».
Картина Джеймса Тиссо
В «Энциклопедии Иудаика» сказано, что при раскопках на этом месте «было обнаружено, что во время римского господства здесь принимались оздоровительные процедуры».
Исследователи предполагают, что со дна водоема могли бить перемежающиеся родники. Это редкий тип природных источников, вода из которых течет не постоянно, а с перерывами. Она накапливается в подземной полости и резко вытекает (фонтанирует), когда уровень достигает верха изгиба «сифона».
Перед началом выброса часто слышно бульканье, клокотание или шум под землей. В момент же выброса вода может бить с силой, образуя бурлящий грифон (жерло). Затем ток воды резко ослабевает и полностью прекращается.
Зрелище это выглядит весьма эффектно, так что появление народных поверий, будто бы в воду при этом сходит ангел, вполне оправдано. Люди верили, что вода приобретает чудодейственную силу в то время, пока бурлит, но исцеляет только того, кто вступит в нее первым. Можно представить, какая давка начиналась там в этот момент и сколько «первых» оказывались в воде одновременно…
Остатки римских сооружений и бассейнов на месте, где находилась купальня Вифезда
Сам евангелист Иоанн, хотя, по-видимому, и знал об этом поверьи, прямо писать о нем не стал. Возможно, для того, чтобы не отвлекать внимание читателей этими гипотетическими чудесами от того истинного чуда исцеления, которое совершил Христос.
Смотрите также:
А где Христос? Христа нет. Главное – что бы такого освятить
Именно такое лаконичное описание этого эпизода подчеркивает многозначительность и даже символичность реакции иудеев. Они готовы видеть сверхъестественное чудо (ангела, баламутящего воду) в природном явлении, но истинное чудо, совершенное Христом, вызывает у них не восторг или благоговение, а неприятие и ненависть, вплоть до того, что они пытаются убить Того, Кто мог бы исцелить каждого из них.
«Ибо ожирело сердце народа этого, и ушами они едва слышат, и глаза свои они закрыли, чтобы не увидеть глазами и ушами не услышать и не понять сердцем и не обратиться, чтобы Я исцелил их».
Find more like this: АНАЛИТИКА
