Нельзя служить царю – ироду…

by on 20.11.2020 » Add the first comment.

20 ноября Православная церковь чтит память мучеников Иерона, Исихия, Никандра, Афанасия, Маманта, Варахия, Каллиника, Феагена, Никона, Лонгина, Феодора, Валерия, Ксанфа, Феодула, Каллимаха, Евгения, Феодоха, Острихия, Епифания, Максимиана, Дукития, Клавдиана, Феофила, Гигантия, Дорофея, Феодота, Кастрикия, Аникиты, Фемелия, Евтихия, Илариона, Диодота и Амонита.

Оте­че­ством св. Иеро­на бы­ла вто­рая (ве­ли­кая) Кап­па­до­кия; ро­дил­ся он в го­ро­де Ти­ане от бла­го­че­сти­вой и бо­го­бо­яз­нен­ной ма­те­ри по име­ни Стра­то­ни­ка, в цар­ство­ва­ние им­пе­ра­то­ров Дио­кли­ти­а­на и Мак­си­ми­а­на, ко­то­рые оба бы­ли усерд­ны­ми по­клон­ни­ка­ми идо­лов и го­ни­те­ля­ми хри­сти­ан.

Ко­гда до слу­ха им­пе­ра­то­ров до­шло, что жи­те­ли об­ла­стей Ар­ме­нии и Кап­па­до­кии во­пре­ки им­пе­ра­тор­ским ука­зам от­ка­зы­ва­ют­ся по­кло­нить­ся идо­лам, то они по­сле мно­гих со­ве­ща­ний из­бра­ли двух лу­ка­вых, пре­дан­ных язы­че­ству, же­сто­ких му­жей, Аг­ри­ко­лая и Ли­зия, и от­пра­ви­ли пер­во­го в Ар­ме­нию, а вто­ро­го в Кап­па­до­кию, при­ка­зав им, во-пер­вых, каз­нить всех та­мош­них хри­сти­ан, не со­гла­ша­ю­щих­ся по­кло­нить­ся идо­лам, и, во-вто­рых, за­пи­сать в вой­ско всех му­жей и юно­шей, силь­ных те­лом и спо­соб­ных к во­ен­ной служ­бе.

При­быв в Кап­па­до­кию, Ли­зий стал вся­че­ски разыс­ки­вать год­ных для на­бо­ра лю­дей.

Меж­ду про­чим, ему до­нес­ли и об Иероне, как о че­ло­ве­ке здо­ро­вом, силь­ном и от­ли­ча­ю­щем­ся осо­бен­ным му­же­ством.

Ли­зий тот­час же по­слал во­и­нов взять его и при­ве­сти. По­слан­ные не за­ста­ли Иеро­на до­ма: он был на ра­бо­те в по­ле. Во­и­ны от­пра­ви­лись ту­да и хо­те­ли схва­тить его; но Иерон, узнав, что его бе­рут для во­ин­ской служ­бы, от­ка­зал­ся ид­ти с ни­ми, счи­тая для хри­сти­а­ни­на вред­ным иметь об­ще­ние и слу­жить вме­сте с идо­ло­по­клон­ни­ка­ми.

Во­и­ны хо­те­ли взять его си­лой, но раз­гне­ван­ный Иерон схва­тил по­пав­ше­е­ся под ру­ку де­ре­во и на­чал их бить; он ока­зал­ся на­столь­ко силь­нее во­и­нов, что они об­ра­ти­лись в бег­ство, а он гнал их, как лев го­нит коз­лят. Рас­се­ян­ные им во­и­ны вновь со­бра­лись, од­на­ко, в од­но ме­сто. Им ста­ло стыд­но друг дру­га, что не толь­ко не мог­ли одо­леть од­но­го че­ло­ве­ка, но и бы­ли им про­гна­ны. Они бо­я­лись воз­вра­тить­ся к то­му, кто их по­слал, с пу­сты­ми ру­ка­ми и го­во­ри­ли меж­ду со­бою, что ес­ли они во­ро­тят­ся без Иеро­на, то не толь­ко бу­дут все­ми осме­я­ны за то, что один че­ло­век по­бе­дил их всех, но и же­сто­ко на­ка­за­ны за тру­сость. По­это­му они по­зва­ли се­бе на по­мощь сво­их то­ва­ри­щей и во вто­рой раз в еще боль­шем чис­ле устре­ми­лись на Иеро­на.

Услы­хав об этом, он на­брал се­бе дру­жи­ну из во­сем­на­дца­ти му­жей-хри­сти­ан, скрыл­ся вме­сте с ни­ми в на­хо­див­шу­ю­ся вбли­зи пе­ще­ру и от­ту­да от­ра­жал на­па­де­ния оса­див­ших его языч­ни­ков. По­след­ние из­ве­сти­ли меж­ду тем сво­е­го на­чаль­ни­ка, что Иерон с дру­ги­ми хри­сти­а­на­ми за­пер­ся в пе­ще­ре, и они не мо­гут взять его. На­чаль­ник от­пра­вил к ним на под­мо­гу еще бо­лее во­и­нов и все-та­ки они ни­че­го не мог­ли сде­лать, так как, бо­ясь Иеро­на, ни­кто не осме­ли­вал­ся да­же при­бли­зить­ся ко вхо­ду в пе­ще­ру. То­гда на­чаль­ник по­слал к ним од­но­го из дру­зей Иеро­на по име­ни Ки­ри­ак. Ки­ри­ак, при­дя на ме­сто, по­со­ве­то­вал во­и­нам уда­лить­ся от пе­ще­ры, так как Иеро­на, го­во­рил он, мож­но взять толь­ко кро­то­стью и доб­рым со­ве­том, а ни­как не си­лой. Ко­гда во­и­ны уда­ли­лись, Ки­ри­ак во­шел к Иеро­ну и убеж­дал его не со­про­тив­лять­ся вла­сти и ид­ти за­пи­сать­ся в во­ин­скую служ­бу.

Мир­ной бе­се­дой сво­ей он успо­ко­ил Иеро­на, вы­вел его из пе­ще­ры и от­вел в его дом к ма­те­ри – ста­рой и сле­пой вдо­ве. Она на­ча­ла гром­ко опла­ки­вать сы­на, на­зы­ва­ла его опо­рой сво­ей ста­ро­сти и све­том сво­их сле­пых очей и жа­ло­ва­лась, что ли­ша­ет­ся един­ствен­но­го уте­ше­ния в сво­ем пе­чаль­ном вдов­стве. Меж­ду тем во­и­ны, окру­жав­шие Иеро­на, при­нуж­да­ли его ид­ти с ни­ми. Про­стив­шись с пла­чу­щей ма­те­рью, со­се­дя­ми и зна­ко­мы­ми, ко­то­рые со­бра­лись там, Иерон за­хва­тил с со­бой од­но­го сво­е­го род­ствен­ни­ка по име­ни Вик­тор и по­шел в го­род Ме­ли­ти­ну вме­сте с во­и­на­ми, со­про­вож­да­е­мый дву­мя сво­и­ми близ­ки­ми род­ствен­ни­ка­ми Мат­ро­ни­а­ном и Ан­то­ни­ем и неко­то­ры­ми дру­ги­ми еди­но­вер­ца­ми. Пут­ни­ки не по­спе­ли в Ме­ли­ти­ну до за­хо­да солн­ца и но­че­ва­ли на ме­сте, где за­ста­ла их ночь.

Но­чью бла­жен­но­му Иеро­ну явил­ся некто оде­тый в бе­лые одеж­ды и воз­ве­стил ему крот­ким и пол­ным люб­ви го­ло­сом:

«Спа­се­ние, Иерон, бла­го­вест­вую я те­бе! Пра­вым пу­тем идешь ты, так как идешь под­ви­зать­ся за Ца­ря Небес­но­го и не за ско­ро гиб­ну­щую сла­ву зем­ную бу­дешь ра­то­вать… Ско­ро ты отой­дешь к Ца­рю Небес­но­му и при­мешь от Него честь и сла­ву за свои по­дви­ги».

Эти­ми сло­ва­ми явив­ший­ся на­пол­нил серд­це Иеро­на неска­зан­ною ра­до­стью.

Ко­гда он ис­чез, Иерон про­бу­дил­ся и с ра­до­стью воз­ве­стил быв­шим с ним дру­зьям и срод­ни­кам: «Я узнал тай­ну бла­го­во­ле­ния Бо­жия ко мне и те­перь уже с ве­се­льем иду в пред­сто­я­щий мне путь. Од­но толь­ко ис­тин­ное со­кро­ви­ще, од­но ис­тин­ное на­сле­дие, од­ни толь­ко ис­тин­ные бо­гат­ства, это – те, ко­то­рые скры­ты на небе­сах; все же зем­ные бла­га не при­но­сят по­лу­ча­ю­щим их ни­ка­кой поль­зы: «Ка­кая поль­за че­ло­ве­ку, ес­ли он при­об­ре­тет весь мир, а ду­ше сво­ей по­вре­дит»? Для ме­ня нет ни­че­го до­ро­же и луч­ше ду­ши… До­ста­точ­но вре­ме­ни сво­ей жиз­ни по­тра­тил я на слу­же­ние су­е­те, те­перь иду к Бо­гу. Од­но толь­ко сму­ща­ет ме­ня – пе­чаль мо­ей ма­те­ри, пре­ста­ре­лой и немощ­ной вдо­вы, ли­шен­ной све­та очей и не име­ю­щей се­бе по­мощ­ни­ка и за­ступ­ни­ка. Но я иду уме­реть за Хри­ста и Ему, От­цу си­рот и вдо­виц, по­ру­чаю я свою мать».

Ска­зав это, Иерон про­лил несколь­ко слез о сво­ей ма­те­ри и от­пра­вил­ся в путь. В Ме­ли­тине свя­той Иерон вме­сте с дру­ги­ми трид­ца­тью тре­мя хри­сти­а­на­ми был за­клю­чен в тем­ни­цу. Здесь он го­во­рил сво­им то­ва­ри­щам по за­клю­че­нию: «По­слу­шай­те, дру­зья и бра­тья, мо­е­го со­ве­та, ко­то­рый бу­дет вам по­ле­зен не в этой жиз­ни, а в бу­ду­щей. Все бо­я­щи­е­ся Бо­га ищут не зем­ных вре­мен­ных, а бу­ду­щих веч­ных благ. Вы слы­ша­ли, что на­ут­ро нас хо­тят за­ста­вить при­не­сти жерт­вы лож­ным язы­че­ским бо­гам: не бу­дем по­ви­но­вать­ся, не по­кло­ним­ся идо­лам и не при­не­сем им жерт­ву, при­не­сем луч­ше жерт­ву хва­лы ис­тин­но­му Бо­гу на­ше­му и воз­не­сем к Нему на­ши мо­лит­вы, услы­шав ко­то­рые, Он по­даст нам си­лу стой­ко и му­же­ствен­но пе­ре­не­сти му­че­ния и удо­сто­ить нас бла­жен­ной кон­чи­ны».

Слу­ша­те­ли Иеро­на еди­но­душ­но от­ве­ча­ли: «Сла­дост­ны нам, как мед, сло­ва твои! Ты со­ве­ту­ешь нам то, что дей­стви­тель­но по­лез­но и спа­си­тель­но для нас, и все мы же­ла­ем луч­ше уме­реть за Хри­ста, чем, по­кло­нив­шись идо­лам, жить в су­е­те».

Тем­нич­ные стра­жи из­ве­сти­ли о та­ком ре­ше­нии уз­ни­ков са­мо­го Ли­зия. На­ут­ро он ве­лел при­ве­сти свя­тых му­че­ни­ков из тем­ни­цы к се­бе на суд, по­ста­вил их пе­ред со­бой и с гне­вом спро­сил:

– Ка­кой бес при­вел вас к безум­но­му ре­ше­нию вос­стать про­тив вла­сти и не по­слу­шать­ся цар­ско­го по­ве­ле­ния – по­кло­нить­ся ве­ли­ким бо­гам?

– Мы, ко­неч­но, бы­ли бы безум­ца­ми и иг­руш­кой бе­сам, – от­ве­ча­ли свя­тые, – ес­ли бы честь, по­до­ба­ю­щую од­но­му толь­ко Бо­гу, воз­да­ва­ли де­ре­вян­ным и ка­мен­ным про­из­ве­де­ни­ям рук че­ло­ве­че­ских. Но те­перь мы по­сту­па­ем муд­ро, ибо по­кло­ня­ем­ся Твор­цу все­го, со­здав­ше­му небо и зем­лю сло­вом Сво­им и из­вед­ше­му их из небы­тия в бы­тие ду­хом уст Сво­их.

В это вре­мя один из при­сут­ство­вав­ших на су­де ука­зал Ли­зию на Иеро­на и ска­зал: «Вот кто со­про­тив­лял­ся тво­им по­слан­цам, и все, о чем ты слы­шал, сде­лал имен­но он».

Ли­зий, по­смот­рев на Иеро­на, спро­сил, от­ку­да он ро­дом, и, ко­гда Иерон на­звал свое оте­че­ство и ме­сто рож­де­ния, опять спро­сил его:

– Это ты про­ти­вил­ся цар­ско­му при­ка­за­нию, на­де­ясь на те­лес­ную свою си­лу, и из­бил по­слан­ных за то­бою во­и­нов?

– Да, я, – сме­ло от­ве­чал му­же­ствен­ный Иерон, – мне ли не воз­не­на­ви­деть нена­ви­дя­щих Те­бя, Гос­по­ди, и не возг­ну­шать­ся вос­ста­ю­щи­ми на Те­бя (Пс.138,21). По­то­му-то и на­нес я им по­бои и гнал как трус­ли­вых зай­цев.

Слы­ша эти сло­ва, Ли­зий раз­гне­вал­ся и, не от­да­вая долж­но­го храб­ро­сти и си­ле Иеро­на, по­ри­цал его за непо­кор­ность и ска­зал: «Безу­мие твое до­ве­ло те­бя до та­кой дер­зо­сти, что ты ослу­шал­ся цар­ско­го по­ве­ле­ния, не по­ко­рил­ся и мо­е­му при­ка­зу и из­бил по­слан­ных на­ми. За это по­веле­ваю от­сечь по са­мый ло­коть твою дерз­кую ру­ку, по­ви­но­вав­шу­ю­ся безум­ной го­ло­ве».

И тот­час свя­то­му Иеро­ну от­сек­ли ру­ку, а про­чих свя­тых по по­ве­ле­нию то­го же му­чи­те­ля неми­ло­серд­но би­ли дол­гое вре­мя. За­тем все они опять бы­ли бро­ше­ны в тем­ни­цу и воз­бла­го­да­ри­ли Бо­га, спо­до­бив­ше­го их по­не­сти та­кие му­ки за Его свя­тое имя. Но один из них, вы­ше­упо­мя­ну­тый Вик­тор, род­ствен­ник свя­то­го Иеро­на, обес­силев от по­лу­чен­ных им по­бо­ев и убо­яв­шись еще боль­ших в бу­ду­щем, тай­но при­звал к се­бе то­го чи­нов­ни­ка, ко­то­рый вел за­пись схва­чен­ных и пре­дан­ных му­че­ни­ям хри­сти­ан, и уни­жен­но умо­лял вы­черк­нуть имя его, Вик­то­ра, из за­пи­си имен уз­ни­ков, страж­ду­щих за Хри­ста, при­чем обе­щал ему по­да­рить за это од­но по­ме­стье.

Под­куп­лен­ный обе­щан­ным ему по­дар­ком, чи­нов­ник ис­пол­нил прось­бу Вик­то­ра, – уни­что­жил его имя в за­пи­си и но­чью вы­пу­стил его из тем­ни­цы. Но Вик­тор, вы­шед­ши из тем­ни­цы, вско­ре умер и, та­ким об­ра­зом, ли­шил­ся и иму­ще­ства, и жиз­ни, и му­че­ни­че­ско­го вен­ца.

Ко­гда на­ста­ло утро, свя­той Иерон узнал о слу­чив­шем­ся и, пол­ный бес­ко­неч­ной пе­ча­ли, гром­ко ры­дал о сво­ем срод­ни­ке, вос­кли­цая: «Увы, Вик­тор! что ты сде­лал? О, ка­кой до­ро­гой це­ной от­ку­пил­ся ты! За­чем ты сам от­дал се­бя в ру­ки вра­га? За­чем по­зор бег­ства пред­по­чел вен­цу сла­вы? За­чем от­дал жизнь веч­ную за вре­мен­ную? За­чем вре­мен­ное об­лег­че­ние по­ста­вил вы­ше ра­до­сти нескон­ча­е­мой? О, как сму­ти­ли те­бя недол­говре­мен­ные стра­да­ния от незна­чи­тель­ных ран, ко­то­рые – ни­что пе­ред му­ка­ми веч­ны­ми, ожи­да­ю­щи­ми те­бя по су­ду Бо­жье­му!»

Опла­кав от­пад­ше­го от ли­ка му­че­ни­че­ско­го, свя­той Иерон по­до­звал к се­бе двух сво­их срод­ни­ков Ан­то­ния и Мат­ро­ни­а­на, по­сле­до­вав­ших за ним, и ска­зал им: «Вы­слу­шай­те мою по­след­нюю во­лю и, воз­вра­тив­шись от­сю­да, при­ве­ди­те ее в ис­пол­не­ние. Мое иму­ще­ство, на­хо­дя­ще­е­ся в Пи­си­дии, я от­даю сест­ре сво­ей Фе­о­ти­мии, с тем чтобы она, по­лу­чая с него нуж­ное для про­пи­та­ния, со­вер­ша­ла по­ми­но­ве­ние по мне в день мо­ей смер­ти. Все же про­чее мое иму­ще­ство я остав­ляю сво­ей ма­те­ри по при­чине ее вдов­ства и си­рот­ства; от­дай­те ей так­же и мою от­се­чен­ную ру­ку и ска­жи­те ей, чтобы она пись­мом по­про­си­ла на­чаль­ни­ка го­ро­да Ан­ки­ры, вель­мож­но­го Ру­сти­ка, дать ей дом в Ва­ди­сане, где пусть и бу­дет по­ло­же­на ру­ка моя».

Оста­вив та­кое за­ве­ща­ние сво­им срод­ни­кам, бла­жен­ный Иерон спо­кой­но ожи­дал сво­ей му­че­ни­че­ской кон­чи­ны. И вот на пя­тый день Ли­зий опять сел на су­дей­ское ме­сто и, при­звав свя­тых, стал при­нуж­дать их по­кло­нить­ся идо­лам. Дол­го ста­рал­ся он и лас­ка­ми, и угро­за­ми от­кло­нить их от Хри­ста, но не имел ни­ка­ко­го успе­ха и то­гда при­ка­зал сна­ча­ла бить их без по­ща­ды пал­ка­ми, а за­тем осу­дил на усе­че­ние ме­чом. По­сле мно­гих му­че­ний свя­тые му­че­ни­ки бы­ли осуж­де­ны на смерть. Пред­во­ди­мые бла­жен­ным Иеро­ном, они на пу­ти к ме­сту каз­ни ра­дост­но вос­пе­ва­ли сло­ва псал­ма: «Бла­жен­ны непо­роч­ные в пу­ти, хо­дя­щие в за­коне Гос­под­нем» (Пс.118,1). При­шед­ши на ме­сто каз­ни, они пре­кло­ни­ли ко­ле­на и мо­ли­лись Гос­по­ду: «Гос­по­ди Иису­се Хри­сте, при­ми ду­ши на­ши!» За­тем свя­тые гла­вы Иерона  и 32 воинов бы­ли усе­че­ны ме­чом.

Один богатый и знатный христианин по имени Хрисанфий выкупил у Лизия голову святого Иерона. Когда гонения прекратились, на месте, где казнили святых мучеников, он построил храм, куда и перенес честную главу. Тела всех казненных святых были тайно погребены христианами. В царствование императора Юстиниана при строительстве храма во имя святой Ирины, честные мощи святых мучеников были обретены нетленными.

Источник

Поделитесь с друзьями:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Google Buzz

Find more like this: АНАЛИТИКА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *