Что такое хамство

by on 07.11.2018 » Add the first comment.

Хамство, холопство, холуйство… Значения этих понятий – оскорбительных, быть может, для слуха утончённого – в наше время искажены. Попробуем разобраться, что же они значат. Начнём с хамства. Рассказывает протоиерей Игорь Прекуп.

Мы знаем названия добродетелей и пороков, перечисленных в Священном Писании, в святоотеческой письменности, и это – прекрасно, только порой такое впечатление, что наблюдая за ними, упускаем из виду что-то элементарное, в святых источниках не поименованное. 

Где в нашем поле зрения такая добродетель как порядочность? Нет такого слова ни в Библии, ни у Отцов и Учителей. Значит ли это, что для христианина и добродетели такой не существует? А подлость?.. Нет такого слова в христианской письменности… Получается, что и подлости нет? Какое облегчение! – ликует в человеке лукавство. – Что ни сделай, подлости не совершишь, ибо нет ее: как можно сделать то, чего не может быть? Все эти понятия – мирские, то есть от мира сего, а кто князь мира сего мы знаем, значит, они… от лукавого: нет ни порядочности, ни подлости, ни принципиальности, ни вероломства – мирское это всё мудрование, пресмыкания падшего разума. 

Хамством в наше время принято называть грубость, неотесанность в обращении, в выражении чувств. Это закономерное следствие того, что долгое время данное понятие ассоциировалось с грубыми нравами и манерами простонародья.

Однако такое понимание хамства чересчур поверхностно, не говоря уже о том, что мы не всякую грубость нрава назовем хамством, но именно такое ее проявление, которое направлено против конкретного человека или общества.

Можно нахамить словом, а можно и действием, или бездействием. Например, хамство – проигнорировать чье-то приветствие, не только не здороваясь в ответ, но смотря как бы сквозь человека, хамство – вести себя при ком-то так, словно его нет в обозримом пространстве (например, всевозможные отправления естественных надобностей сами по себе не оскорбительны, но когда это без необходимости делают прилюдно – это ни что иное, как демонстрация своего пренебрежительного отношения к обществу, к чувствам окружающих).

О!.. Вот, пожалуй, тут мы вплотную приблизились к сущности хамства:

Презрение к человеку, к возвышенному в человеке, обращение к низменному, стремление это низменное пробудить в своем ближнем и тем самым успокоить свою совесть относительно своей низости: все, дескать, такие же скоты, не я один.

Хамство – слово, которое побуждает нас вспомнить о человеке, чье имя стало нарицательным – о библейском Хаме. Нет сомнения, что сущность хамства следует усматривать не в соцпроисхождении, а в той гнусности, благодаря которой Хам постыдно прославился.

Из библейского рассказа (Быт. 9:20-27) нам известно, что Ной, распробовав изрядное количество виноградного сока, прошедшего определенный преобразовательный процесс, опьянел и заснул в своем шатре, неудачно разметав свои одежды.

Хам, его меньшой сын, обнаружил отца в этаком неприглядном виде и вместо того, чтобы укрыть его, развеселился и побежал делиться радостью с другими двумя братьями, которые, однако, его ликования не поддержали, наоборот, укрыли отца, демонстративно отворачиваясь, всем своим видом принципиально игнорируя свидетельство его оплошности.

 Джером Сабле. Опьянение Ноя

И.С. Ксенофонтов. Ной проклинает Хама

Как известно, Ной, проснувшись, произнес пророчество, в котором содержалось предсказание о рабстве потомков одного из сыновей Хама – Ханаана, что уже веками интерпретируется расистами как проклятие Хама и всего его потомства, из которого следует якобы богоугодность рабства представителей негроидной и монголоидной расы.

Это, мягко говоря, заблуждение заслуживает особого рассмотрения, поэтому не будем его касаться и сосредоточимся на сущности порока, который проявился в греховном поступке Хама.

Да-да, именно так: порок, проявившийся в поступке, потому что существует тенденция сводить понятие хамства к самому поступку Хама, т.е. к «открытию наготы отца». В русле этой тенденции «грехом Хама» объявляется не только всякое непочтительное обращение со старшими или вышестоящими лицами, но и корректное предание гласности их пороков или неблаговидных поступков, и обличение с глазу на глаз.

Получается, что хамство бывает только снизу вверх, а наоборот – это все, что угодно, но не хамство. Начальник подчиненному хамить по определению не может, он по положению не может быть хамом, потому что он – начальник, ему можно… Ему можно унижать, он имеет право издеваться, пользуясь зависимым положением подчиненного. Это (возможно) жестоко, (вероятно) несправедливо даже, но никак не хамство, ведь он – босс… Ему – можно. А раз можно, значит все нормально?..

Если не сводить сущность явления к его проявлению, понимая, что проступок Хама был всего лишь следствием сформировавшегося состояния души, определенного отношения не только к отцу, но и к тому, что он олицетворял, ко всему, что чисто, свято, возвышенно, утонченно, красиво, то хамство предстает пред нашим взором как низость, стремящаяся возвыситься за счет дискредитации возвышенного.

Василий Перов. Дворник, отдающий квартиру барыне 

Хам стремится обнаружить чью-то немощь, выявить недостатки, представить случайную оплошность, как откровение о сущности оступившегося. Более того, он не довольствуется обнаружением недостатков, он еще и провоцирует срыв, при котором гарантированно проявятся не лучшие черты личности, и… радуется, ликует, торжествует!!!

В этом плане друг другу нисколько не уступают как подчиненный, выводящий начальника из терпения, так и какой-нибудь начальник, наслаждающийся раболепным страхом подчиненного, готового на что угодно, лишь бы не потерять работу.

Хамство многообразно и тем оно омерзительней, чем изысканней. И еще, что очень важно: хамство взаимоунизительно. Хам, унижая достоинство ближнего, унижает свое богоподобное человеческое достоинство, но в том-то и трагедия хамства, что оно ослепляет настолько, что хам не осознает своего унижения, когда хамит. Подавляя другого, он сознает себя победителем, видит себя на высоте, ради чего, собственно, и унижает его.

Иван Горохов. Запил 

Благородной натуре омерзительна низость, отвратительно унижение, поэтому человек благородный (по состоянию души, а не по происхождению) избегает со своей стороны оскорбительных действий, не позволяет кому бы то ни было себе хамить и не допускает, чтобы при нем кто-то кого-то безнаказанно оскорблял.

Благородная натура располагает человека к деликатности и мужеству, побуждая радоваться проявлениям возвышенных черт (будь то в себе или в ком-то другом) и оскорбляется, когда верх берет низменное начало.

Благородного человека оскорбляет обнаружение холопства. Ему становится стыдно, независимо от того, в ком он это обнаружил: в себе самом или в другом человеке (сообществе).

Илья Репин. Большевик

Василий Шульженко. Ночь в городе

С хамством все с точностью до наоборот. День хама прожит зря, если он никого не задел за живое, никому не дал почувствовать свое зависимое положение, ни в ком не пробудил злобы, раздражения, не вызвал липкого страха, не поверг в уныние и отчаяние; если никого не вывел из равновесия так, чтобы тот потерял лицо, опустившись до сквернословия, проклятий, грубости, жестокости; если никого не довел до белого каления, но так, чтобы человек при этом боялся пикнуть, понимая, что не то, что слово, а всего лишь выражение лица может опрокинуть всю его жизнь…

Кстати, что немаловажно: нет «чистых» хамов, как нет среди смертных и тех, кто абсолютно свободен от этой скверны. В каждом человеке есть и благородство, и противоположное ему низменное начало, а уж когда что из этих начал проявляется, когда что одерживает верх, что насколько преобладает – это другая тема.

Искоренить тот или иной порок в церковной среде, принять в этом направлении масштабные и эффективные меры не каждому под силу, да и положение мало кому позволяет, но, во-первых, невозможность что-то изменить глобально не освобождает от обязанности менять это в масштабе своей «сферы ответственности», а, во-вторых, самое меньшее, что доступно каждому – это не поддерживать порочность ни словом, ни действием, ни бездействием, независимо от ее масштабности и укорененности, потому что обычай противный духу Нового Завета, независимо от древности, остается порочной практикой, а массовость отнюдь не синоним соборности.

Окончание публикации

Протоиерей Игорь Прекуп

На анонсе: Иван Владимиров. Некому защитить, 1921 

Источник

Поделитесь с друзьями:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Google Buzz

Find more like this: АНАЛИТИКА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *